Памяти Грина

Игорь Коваленко | 15:50 18.09.2014 | 226

Блог Изба: дизайн и архитектура

В ряду русских писателей – да, пожалуй, и не только русских — имя Александра Степановича Грина стоит особняком. Романтик и мечтатель, страстно влюбленный в море, он создал в своих произведениях светлую и мужественную страну Гринландию, населенную беспечными морскими бродягами и пленительно прекрасными женщинами. Не умаляя литературных достоинств его книг – а они, бесспорно, весьма велики, — отметим, что их нравственное значение все же неизмеримо выше. Несмотря на многочисленные препятствия на своем литературном и жизненном пути, Александр Грин каждой своей строчкой призывал нас к тому, что и сам считал главным в жизни – не бояться жить по мечте.

23 августа мы отмечаем 125-ю годовщину со дня рождения этого замечательного писателя. К этой дате приурочено открытие совместной выставки Марлена Матуса и Нины Довгялло «В мире Александра Грина» в музее «Литературное Приднепровье». Известный фотохудожник Марлен Матус принадлежит, по его словам, к тому поколению романтиков, для которого Александр Грин, Константин Паустовский, Антуан де Сент-Экзюпери, Эрнест Хемингуэй «стали путеводными звездами, помогающими ориентироваться в нашем великом и непростом мире».

«Гриновская» фотосерия Марлена Матуса началась почти полвека назад – в 1961 году, когда он впервые посетил Старый Крым, где писатель провел свои последние годы. Трудно не поддаться обаянию тех мест, которое складывается  не только из необыкновенно прекрасной природной среды и исторической ценности крымской земли. Для «посвященных» Крым вот уже многие десятилетия является неким информационным полем, пронизанным культурными связями поколений. Можно назвать множество имен — художников, музыкантов и особенно писателей, — определивших значимость этого края в качестве нашего культурного наследия. Александр Грин – один из них. И такова сила незаурядных творческих натур, что они сами являются «объектами» творчества своих последователей. Так, например, гений Пушкина «породил» впоследствии целое племя пушкинистов, среди которых было немало талантливых личностей. Неудивительно поэтому, что талант Марлена Матуса раскрывался, в числе прочего, и «в фарватере» творчества (и самой личности) писателя Александра Грина.

Впрочем, фотоработы Матуса и живопись на стекле Нины Довгялло не вызывают таких уж прямых ассоциаций с заявленной темой, как это можно было бы предположить по названию выставки. Это, скорее, отголоски настроений, вызванных в разное время сплетением самых прекрасных на свете вещей, имя которым – «море, романтика, искусство». Примечательно, что отпечаток этих трех понятий присутствует в одинаковой степени на таких разных по стилю произведениях. Фотоработы Марлена Матуса, в основном черно-белые, лаконичны и слегка печальны. Живописные «полотна» (если можно так сказать о стеклянных пластинах) Нины Довгялло, напротив, отличаются яркостью красок, насыщенностью и жизнеутверждающей позицией. И, тем не менее, оба направления словно  подтверждают мысль Александра Грина о том, что чудеса надо делать своими руками.

Татьяна КОВАЛЕНКО